Творящий звук меня в себя вобрал
И вынес вверх, в прозрачные слои,
Где совершали свой незримый бал
Эфирные творения Земли.

И я рассыпалась на звуки и тона,
Которые, как на палитре, в цвет
Переводили те звучанья на
Язык созвездий, Солнца и планет.

Они кружились, словно мотыльки,
Переливаясь радужным огнём,
Они прозрачны были и легки
И заполняли радостно объём,

В котором звон, как колокол гудел,
Выстраивая звуки в хоровод.
Звук создавал движенье и предел
Пространства раздвигал. Сверкал, как лёд,

Переливаясь сотнями огней,
Он чистые нанизывал тона
На струны солнечных, земных и лунных дней -
Там были вместе лето и зима

И яркость электрических свечей,
И лунный перламутровый полёт,
И глубина космических ночей,
Откуда начинался разворот

Тех красок дивных. Мириады их
Откликнулись на этот чистый звук ,
Вращался мощно он во мне - и вот затих
И опустился в клетки. Сердца стук

У каждой клетки оказался свой -
Единый звук соткал в пространстве нить,
Собрался в капельки с высокой частотой
И продолжал во мне, как в целом жить.

Он состоял из цвета и тепла
Хрустальных бусинок, проникших в тонкий срез
Вибрация звенящая текла,
Вдоль каждой клетки проводя замес,

Всё очищая звоном хрусталя,
Всё омывая светом и огнём,
Творилась я, как в древности Земля,
Где всё напоминает нам о Нём,

О Том, кто этим звуком мировым
Творит огни Вселенных из ночей,
Кто Словом стал вначале. Мы равны
Галактикам и атомам. Ключей

Он связку создал из небесных струн,
Натянутых, как на гитаре, в ряд,
Гармонией звучащих точных рун,
Наладив тот, космический, расклад.

А капельки звучания текли,
Из света превращаясь в теплоту
И становясь частичками Земли,
В неё впитавшись точностью структур,

В себе хранящих память о телах
Космических, об идеале сфер
И тел Платоновых. Вибрация плыла,
Выстраивая из себя пример

Гармонии тех линий мировых.
А отголосок, уходящий вверх
Во мне звучать остался. Он не стих,
А дал телам их истинный размер.

А слышимый вовне звучащий ряд
Звенеть продолжил тонкою струной,
Настроенной на тот, творящий, лад,
Который стал созвучен мне самой.

И он живёт теперь, как камертон,
Я на него нанизана, как свет,
Невидимый для глаз - но вижу звон
Небесных сфер и их звучащий цвет!


23 февраля 2003 Ивано-Франковск